тудегешеваВ книгу  вошли произведения, написанные в разные годы. Главной темой их является любовь к родине, своему народу. Для стихов Т. Тудегешевой характерны гражданственность, лиричность, в которых она делится своими раздумьями о жизни, приглашая читателей посмотреть на окружающий мир не взглядом обозревателя, а изнутри, с точки зрения   мировоззрения шорского народа.

Уважаемый читатель!

В твоих руках поэтический сборник, состоящий из нескольких разделов различной тематики, который представляю для ознакомления. В моём понимании, литератор, вдумчиво 6epущийся за перо, должен чутко реагировать на голос времени,  способствовать сближению дружественных наречий, говорить с читателем вдохновенно, через поэтическое слово.

В лирических стихотворениях делюсь своими размышлениями о жизни, об отношении к миру; в разделе «Таёжные братья» рассказываю о лесных обитателях Горной Шории.

Являясь представителем малочисленного угасающего, как этнос, народа в историческом понимании, пытаюсь внести небольшой вклад в реформирование национального самосознания своего народа. Надеюсь улучшить взаимопонимание между народами, проживающими на единой дружественной сибирской земле, с авторитетным названием — Кузбасс.

Для каждого человека Родина — это самое дорогое для сердца, о ней он помнит до последнего дыхания своей жизни. Понятие «Родина» у каждого свое. Но никто не станет отрицать, что родина — это прежде всего та земля, на которой человек родился. Моя же родина — это таежный мир Горной Шории. Я выросла в тайге, в небольшом аймаке — деревеньке, где с самого раннего утра пели птицы, а на окраине поселения появлялись осторожные звери, где в темноте слышались удары крыльев полночного орла и шорох змей, ползающих по камням в темных недрах земли. В детстве, ранней весной, мы пили сок девственных берез, любовались цветами — «кандыками», «кун-кузези» и пили нектар цветка «Тегри шалтрагы», дарующему богу Ульгену бессмертие.

Там, на родине, в незамутненном мире пронзительного детства, вечернее небо струило на летние юрты — одаги , дома свою прохладу. Из дымоходов одагов выходили тонкие струи дыма, похожие на кудри ребенка и, растворяясь в небесном своде, по которому двигалась серебряная колесница луны и окружении звезд. И весь этот таинственный мир воспевался нескончаемым пеньем разных птах, редкими вскриками совы и уханьем филина...

Писатель открывает для себя вокруг, а значит и для читателя, идеальный космос красоты окружающего мира, духовно пробуждая человека. Знания о природе еще имеют духовно-нравственное значение. Природа — это живое, особенно действующее лицо, о которой Ф.И.Тютчев писал:

Не то, что мните вы природа:

Не слепок, не бездушный лик.

В ней есть душа, в ней есть свобода,

В ней есть любовь, в ней есть язык.

Для меня язык природы — это язык тайги. Он многоголос и многосложен. Тайга говорит с нами языком птиц и зверей, тихими шорохами насекомых, шелестом листвы и трав, журчанием ручьев и шумом волн полноводной реки. Тайга говорит с нами даже в своем безмолвии. Таежное молчание полно шорохов безвестных. И если, уважаемый читатель, прислушаешься и попытаешься понять язык тайги, то тебе откроется великая книга природы, наглухо закрытая для других. Тайга — это еще и вечное обиталище лесных духов, средоточие живых существ, порой невидимых человеческим глазом.

Мне захотелось поведать детям и людям, живущим в городских каменно — бетонных домах о другом мире — мире тайги, где тоже идет своя жизнь и о том, каково отношение шорского народа к таежным обитателям. Шорцы с древнейших времен жили в полном слиянии с природой. Мировоззрение шорского народа сложилось в результате тысячелетних наблюдений, передаваемых из поколения в поколение. Шорцы это прежде всего охотники — следопыты, умеющие расшифровывать язык тайги, тонкие наблюдатели, жизнь которых  неразрывно связана с живым миром природы. Потому хочется, чтобы не только шорские дети, но и русские, и дети разных народов познакомились с шорскими названиями, характерами  «таежных братьев».

Надеюсь, что ознакомившись с книгой, уважаемый читатель  будешь бережно и вдумчиво относиться к миру природы  и к народу с «гулким именем — шорцы».

 В добрый путь!

Т. Тудегешева

Публикуем статью известного российского писателя Геннадия Иванова, первого секретаря Союза писателей России в полном объеме, которая в  сборнике стихов приведена в качестве предисловия.

« Я  - дочь, я ветвь…»

 Читая стихи Таяны Тудегешевой, мне всё больше думалось о том, что как-то никто ещё не отметил, что в российской поэзии сложилась замечательная плеяда поэтов-женщин, представляющих малочисленные, в особенности северные и сибирские, народы.стихи Тудегешевой

 Я вспомнил прекрасную саамскую поэтессу Октябрину Воронову. Вспомнил её стихи: «От Ловозера к Поною/По течению плывём,/По течению плывём/В голубом краю родном!/ По следам преданий старых /Столь же древних, как леса.../ Чальмнэ-Варрэ, Чальмнэ-Варрэ,/Вы — лесов густых глаза!».  Стихи эти я запомнил давно, когда в издательстве  «Современник» редактировал первую книгу Октябрины в Москве.

Мне вспомнилась чукчанка Антонина Кымытваль. У Антонины я бывал даже когда-то дома в Магадане. «Тундра, позови меня!/Где-то в отдаленье/Назови по имени /Голосом оленьим...». Олени, яранги (чумы), кухлянки (меховая одежда) — родной мир Антонины предстаёт в стихах живописно, искренне. Ярко.

А эскимоска Зоя Ненлюмкина! Её самобытные стихи ещё в конце прошлого века заметили не только у нас, но и эскимосы в Гренландии, издали там два сборника Зои. Её поэтический мир — это берег Ледовитого океана. Это стихи о море, о северных птицах, о древних преданиях Наукана, о любви и материнстве. Прекрасные стихи!

 А ещё Анна Ходжер — нанайка, Любовь Ненянг – ненецкая поэтесса. (смело можно писать специ-альную работу на эту тему и попытаться разобраться, почему именно женщины в конце уходящего — начале двадцать первого века так пронзительно  шли и говорят о судьбе своих малочисленных народов.

Но сейчас я хочу сказать, что в эту достойную плеяду настоящих, сильных, очень одарённых женщин-поэтов я бы включил и Таяну Тудегешеву, дочь малочисленного тюркоязычного шорского народа южной Сибири.

Таяна вполне выражает судьбу шорцев со всеми их радостями и бедами.

Какими путями-дорогами

народ мой веками ходил!

Какими жестокими стрелами

смертельно пронзаем он был!

Она собирает по крупицам предания и легенды, рассказы сородичей, она вглядывается в цветы и травы своей родины, вслушивается в голоса птиц — и молит всех богов на свете, но прежде всего своих, шорских, молит, чтобы не исчез её народ.  А дело идёт к этому.

В глазах их раскосых, поверьте,

Уже поселилась тень смерти.

Таяна силой поэзии, как волшебством, пытается продлить, продлить жизнь в своём родном краю — поэтому она так скрупулёзно и любовно вводит в стихи шорские названия горных вершин и скал, рек,     растений, легендарные и исторические имена, имена родных и близких, названия поселений, городищ,        аймаков (деревень)...

О, мать Азия, скрывшая предков пути!

Возврати же, из прошлого, самую малость!

Сквозь столетий туман — дай дорогу найти

К Белой солнечной юрте, где счастье осталось.

Она обращается и к России: «Россия! Не забудь героев шорского народа,/ Почти всех памятью...»

У России судьба, что Небо высокое,

А глаза, словно воды в тиши — глубокие.

Все равнины, леса в долгих думах — тихие,

Испокон в ней народы живут — многоликие.

Но, когда на страну нападали невзгоды,

Будто  лес грозный — в бурю, вставали народы.

Шли в атаки, как льдины весной в половодье,

Или дикие кони, срывая поводья.

Мы скуластые, пусть мы с глазами узкими,

Но, в боях — всех враги называли русскими.

И не слыхивали нацисты фашистские,

Что из сплава народов — люди сибирские.

Таяна собирает свой народ из разных времён — и из древнейших сказочных, и из времён героического эпоса, и из всех эпох от Чингисхана до Великой Отечественной войны и до наших дней. Она собирает в единое целое и шорский таёжный мир природы, поэтому с такой любовью и изяществом написаны у неё стихи раздела «Таёжные братья». Кстати, этот раздел можно вполне считать отдельной книгой для детей. Книга в книге, и она вполне уместна здесь, в сборнике таком собирательном, здесь дети должны    присутствовать.

Мне близки стихи Тудегешевой открытостью, искренностью, пронзительной энергетикой, мелодичностью, национальным колоритом. В них есть и ласка, и нежность, но есть и горячий порыв и мужество, и есть «аскеза гор». Есть радость и горечь... .Одним словом, нам явлена здесь талантом поэта живая жизнь. Без трафаретов и шаблонов. И вот что интересно. Чем больше читаешь стихи Таяны, тем полнее они для тебя открываются. Тем глубже входишь в мир поэта. И этот мир просто огромный. В нём — тысячелетия. В нём «поёт ветер песню умолкших народов, сметая с песков слёз засохшие гроздья», в нём туман — это души умерших, но в нём же и подлинный рай — «он Горной Шорией зовётся!». Здесь такая любовь к родной природе, среди которой росла Таяна, которую она теперь воспевает!..

 Современников, и себя в том числе, Таяна считает «инертными». И она стремится преодолеть эту инертность в себе и читателей своих побуждает к преодолению. Побуждает к порыву, к укреплению корней своих, к возрождению духа. Может быть, именно это поможет возрождению народа?.. «Россия, Русь! Храни себя, храни!» — писал Николай Рубцов. Но надо знать, что хранить. Поэтому и для русского народа, и для шорского, и для любого другого стоит вопрос о возрождении самосознания. Мне кажется, вот именно этим занимается прежде всего поэт Таяна Тудегешева. Поэтическая и смысловая доминанта этой книга – возрождение самосознания шорцев. Но и не только их. Русский язык даёт возможность и русским, и всем другим народам нашей страны читать эти стихи и думать о своём сокровенном.

 Поздравляю Таяну с замечательной и такой необходимой книгой.