Лидеры шорского народа

16 лет назад ушел из жизни крупный общественный деятель, великий шорский ученый — тюрколог, фольклорист, основатель кафедры шорского языка и литературы, первый заведующий кафедрой,  профессор Андрей Ильич  Чудояков. Память о нем бережно хранится его соратниками, учениками и коллегами. 

По страницам  газет, архив НГОО «Шория». Газета «Земля Кузнецкая» №1, апрель 1994г

Ушел из жизни Андрей Ильич Чудояков — профессор Новокузнецкого педагогического института,    большой ученый и  прекрасный человек.

            Андрей Ильич прожил трудную, но счастливую жизнь. Родился и вырос он и шорской деревне Корай в центре Шории, которую любил нежной, пред­анной и деятельной любовью. Он про­шел все, что выпало на долю его поколения: учился, работал в шахте, в геологоразведке, в школе, служил в армии, воевал. Филологи­ческий факультет в Казахском университете, где он учился, выбран им продуманно, осознанно, когда за плечами был уже определенный опыт. Так же осознанно работал он и над те­мой диссертации, которую защитил, окончив аспирантуру в Институте ми­ровой литературы АН СССР в Москве — он посвятил работу исследо­ванию шорского фольклора.

А. И. Чудояков был истинным уче­ным-патриотом. Всю свою жизнь он собирал и изучал шорский фольк­лор, обычаи и традиции своего наро­да.          

             Им собран огромный, уникальный материал, опубликовано множество научных статей в отече­ственных и зарубежных сборниках. Подготовленный им к изданию академический том «Шорский героический эпос», снабженный об­ширным, глубоким научным ком­ментарием, уже закуплен десятками стран мира. Имя А. И. Чудоякова изве­стно и уважаемо отечественными уче­ными и тюркологами мира. Круг его научных профессиональных интересов был, конечно, намного шире: в педин­ституте он читал разные историко-лите­ратурные и теоретические курсы, знал русскую и мировую литерату­ру, занимался вопросами теории и эсте­тики.

            Но главным делом жизни он считал возрождение шорского языка и духовной культуры народа. Его усилиями органи­зовано в 1989 г. отделение, готовящее учителей шорского языка, и создана кафедра шорского языка и лите­ратуры. Это первое и единствен­ное пока учебное и научно-исследовательское подразделение, которое занимается изучением и решением проблем шорского языка и литературы, готовит первые национальные научные кадры. Заветной мечтой Андрея Ильича было возрожде­ние своего народа, открытие шорских школ, и для этого он не жалел ни сил, ни времени.

            Вероятно, по натуре Андрей Ильич был, что называется, «кабинетным ученым». Он  успешно занимался исследовательской  работой, особенно интересно читал спецкурсы. «Фольклор это голос   народа  и  земли,   на   которой     живет     этот     народ.      Будете     знать     голос  земли, на которой живете и она поможет вам в трудную минуту

или вы сможете обратиться к ней за советом», — так начинал он лекцию,    обращаясь      к русским в основном студентам-слушателям спецкурса. И это сразу озадачивало и воспитывало: преподаватель не навязывал своих взглядов, не поучал, это было, скорее, приглашение к раздумьям, размышлению, мудрые и деликатные советы. «Мы с тобой долго не говорили!» — любил обращаться он к молодому коллеге, заведующему кафедре». И говорили,  и спорили! Но даже при самых решительных разногласиях «переходить границы» Андрей Ильич отказывался: «Добрые отношения дороже всего, и в нашей работе не может быть таких проблем, чтобы не решить их миром, по-другому — и дороже, и труднее, и хуже» — и молодой коллега уже иначе воспринимал ситуацию.

            Известно, что учить других может только счастливый человек, и Андрей Ильич был счастливым человеком. И прежде всего потому, что имел высокую цель, ради которой стоит жить, занимался своим делом и не только хлеба насущного ради. Это дело формировало его личность, определяло его судьбу, давало ему радость творчества. Его деятельность не была замкнута на нем, но имела выход в жизнь и культуру его народа, в историю его земли. Это и рождало в нем ощущение обретенного смысла жизни.

Он был счастливым человеком потому, что имел глубокие и прочные корни, — и это помогало ему выстоять в сложные времена, преодолеть трудные моменты, которых было немало, заложить добрые семена и увидеть первые всходы...

            Он был счастливым, потому что прожил в добром согласии со своей женой Галиной Ивановной 35 лет, вырастил и воспитал прекрасных детей, радостно заботился о внуках. И будучи уже «дедом», всегда с почтением и любовью вспоминал о своем отце, наполняя эту природную, естественную связь поколений осознанным человеческим смыслом... Вот уж поистине — ему было от кого уходить и к кому уходить.

Он был красивым человеком  - в одежде и поведении аккуратен, сдержан, интеллигентен. Даже в жестах. Все в институте знают этот его «чудояковский» жест: говоря о чем-то важном, выразительно поднимать ука­зательный палец. «Перст указующий» вообще типичен для учителей, но Андрей Ильич делал это совершенно особенно: не на собеседни­ка или слушателя был направлен, «перст», а решительно вверх! «Думаю, так надо», «так будет хорошо», «нет, это нельзя» — и указательный палец вверх, в небо, словно призывал все­вышнего в свидетели справедливости. Чувство справедливости вообще было у него врожденным. «Трава — это во­лосы земли, Наталия!» — и харак­терный жест. И для «Наталии» — Натальи Николаевны  Гончаровой, его ученицы, а потом коллеги, с той по­ры обыкновенная  прополка ста­новится целым «огородным» обрядом!   Ученый-патриот, Андрей       Ильич пользовался огромным авторитетом и любовью шорского народа. И не только! Человек светлой души, высоких нравственных принципов, поразительной скромности, он вызывал уважение всех, кто общался с ним. Андрей Ильич всегда оставался верен себе, не изменялся в угоду переменчивым обстоятельствам, жил в согласии со своей совестью, природой родной земли, с людьми — он был цельным человеком. Он умел благодарно радоваться на красивых, нарядных женщин, на лепет внуков и щебет птиц, на весенний день — умел воспринимать всю полноту бытия! И пусть Любовь Ивановна Попова, его друг и помощник во многих практических и организационных работах, убеждена, что это — «черты национального характера», и Андрей Ильич во всей полноте выражал этот национальный характер, — мы не будем ей возражать. Как и она, уверены, не станет возражать, что все это — общечеловеческие качества, что «человек он был!», и это главное. Он знал и изучал языки и культуру многих народов казахов, хакасов, алтайцев и т. д. А все работы его написаны на русском языке...

            ...Чем дальше будет отходить время, тем значительнее будет выявляться личность Андрея Ильича Чудоякова. И во многом это будет зависеть от тех, кто не забудет его слова о том, что «без языка, истории, традиций, фольклора, нет народа», кто продолжит его начинания, кто так же самоотверженно будет способствовать воплощению его светлой мечты.

Т. АФУЗОВА, Н. ЖУРАКОВСКАЯ, Л. ПОПОВА, Т. РЯБЦЕВА.

Если Вы нашли ошибку, выделите ее и нажатие Shift + Enter или нажми здесь, чтобы сообщить нам.